prostova

сон. странный сон.
я вижу отражение себя
столько лет.

во мне все слова
во мне тишина.

снова дождь
стучит свои признания луне.
этот дождь
наверное не знает обо мне.

во мне корабли
во мне города
во мне вся любовь
во мне всё что есть.

Ты это вовсе не ты, и у тебя тысячи имен и только глаза неизменны, и ты жесток и красив, летишь сквозь пространства в сапогах с острыми ножами на подошвах и если ты наступишь, то проткнешь время и человека и образуются дыры, в которые, утечет вся картинка моего сна, словно сток водопровода, начнет затягивать в иное измерение. У тебя усы, как у Дали, а через секунду их нет, и цвет кожи меняется как у хамелеона и длина волос, басурманин, индийский брахман, американский джеймс бонд, конкистадор. Теряюсь, оглядываюсь, позади зеркало, в котором больше не могу узнать себя, я голографическая наклейка, стоит лишь вздохнуть, и меня прежней нет, и животное и птица, мужчина и женщина, осознание себя больше не приходит. Несусь за тобой по ленте света, но не нахожу глазами. Комнаты, море с рыбой, песок, дымовые облака, через них так легко. Чувствую дыхание позади, это ты, уже окончив круг, стремишься ко мне и уже я, в роли убегающего.
Сон закончился.
P.S.Вспомнила о Павиче и о том, что его больше нет.

Как я ненавижу слово «раньше», оно старостью пахнет, сожалением, несостоятельностью, грустью, но ничего поделать не могу.
Встретила Настю утром в лифте, махнула рукой, улыбнулась, рожицы покорчила, с папой поздоровалась и всё, двери открылись и в разные стороны. Иду и слезы сами собой и мерзкое это слово «раньше» в голове. Осенью я ее из школы забирала, помню гулянки, с мольбами еще чуть-чуть, пятно краски на диване, скромно прикрытое Настей клочком бумаги, тархун со льдом, мультики про котопса, смех в моей комнате с эхом, рассказики о том, о сем и слезы от «неполучательства».
Легко и хорошо с ней, только слово БЫЛО. Бабушка с дачи вернулась, закончилось. Я уехала в другой город, потом на работу пошла, незаметно Настя из моей жизни ушла, а сегодня, не спросив, вернулась.
Таких, вот «РАНЬШЕ» можно целую коробку с чердака памяти достать, я побаиваюсь сама там рыться, подальше и в темное, чтобы не чувствовать не болеть и пустырник не пить.

От нервов у меня болят зубы, я простудилась и чувствую слабость. В метро засыпаю, на чем попало, потом следы на лице, у меня проблемы сейчас с верхней губой, если я выпью на ночь воды, то просыпаюсь опухшая, да я и просто так могу проснуться опухшей, меня не поздравил с ДР очень близкий человек, я мучаюсь с компьютером, кишащим вирусами, не могу отнести обувь в ремонт от собственной неорганизованности, на работе мне дали две пластиковые ручки, такие отвратные, а дома я не могу обрабатывать фотографии (смотри выше почему), год кончается, а куча желаний так и не исполнилась (это только про материальные, про прочие и говорить не стоит), еще жуть с вещами, их надо гладить, постоянно, ведь есть же уже ткани такие, что не мнутся и даже не грязнятся, но заговорщики из утюгиных и стирало- машинных фирм препятствуют появлению их у меня. Это еще не все, но надо немного поработать и сходить на обед.

P.S.Короче, смысл послания, пожалейте меня люди добрые, дайте тепла человеческого и понимания.

пост отсутствует, причина- адресный характер(сказали друзья), но он был грустный, такой, будто собака под дождем мокнет, или человек бежал с рыбкой в стекле и по дороге банку разбил, а другой тары нет, рыбка бьется, дохнет и ничего сделать нельзя.
Вот.

Две полоски.
Нет, не у меня, у Ирки.
Ирке хорошо.
Мне тоже хорошо.
Если все случится, обязательно надо рассказать человеку как интенсивно его делали, бросили пить, дышали воздухом, читали форумы, слушали старших товарищей и переживали.
Что-то во мне переворачивается. Вот странно, Его не было и в словах о Нем смысла не было, а сейчас Он появился. Когда Он начинает существовать, при появлении мысли о Нем или еще раньше? Потом Он обретает вещественную форму, получает имя собственное, обрастает чем-то и это уже человек.

Холодные волны северо-ледовитого океана омывают тело. Волосы в пространстве металла воды. Ночь черно-синяя, звезды колют глаза. Звенящая тишина. Красиво и тонко внутри.

Доброе утро!
Будильник трех степеней озлобленности. Мешки картошки под глазами, мозг атрофирован. Понедельник собачий. Надо спать, спать, спать – навязчиво шепчет, шепчет, шипит. Я на работе. Прошел один час, дурно, только воспоминания о тепле домашнем, об одеяле легчайшем, подушке и жирафе любимом.
Прошло 2 часа. Мне кажется, я не выдержу. Осторожно, веки закрываются, голосом метрополитена. Стоп. На обеде за энергетиком. Не спать.
Прошло 3 часа, немного оживилась. Появилась реакция на вордовские документы. Тяжесть в висках. Нарисовала глаза, посмотрела в зеркало – жесть.
Прошло 4 часа. Выпила еще кофе. Болит желудок – бодрит. Может, не буду энергетик. Разрабатываю речевой аппарат, звоню клиентам для размещения баннеров. В очередной раз убеждаюсь, что сайт г…
Все висит. Надо идти на обед, но я не знаю, чего хочу.
Прошло 5 часов – больше половины дня. Я висну.
Безумно хочется спать, еще 2.40.
Отмашка – 6 часов. Никто не звонил. По аське о встрече вечерней. Отвратительно. Двигаться, добавить кофе в организм.
Кофе нет, есть зеленый чай с мелиссой. Клавиатура завораживает, взглянуть глубже и упасть на клавиши - отличный финал. Не наклонять голову, с прямой спиной и думать о работе и делать работу и думать и делать.
Остался час. Я жду. Подходит директор, спрашивает про мотивацию, а у меня там коня еще не было.
8 минут. Ликование. Играюсь в обманку про домашнюю работу и что исправлюсь. Достаю флешку сбрасываю все на нее и забываю в компе.
День раб. Окончен.
Спокойной ночи!

Нашел меня. Зашуршал, затопал. Вываливая всё из походного мешка. Принимайте тепленьким прямо с Луны, сел как у себя дома, в глаза смотрит, щурится, с хитрецой такой, азартом.
И иголками в подушечки пальцев и кровь, чтобы дурно стало мне. Вот он - гость непрошенный.

Судя по крошкам, ем печенье всем телом.

Я люблю горячие батареи в холодных помещениях.

Печаль делает мои глаза мокрыми, а руки солеными.

Лето сладкое, с привкусом ванили и семечек. Жирное солнце, зелень, то здесь, то там разбросана будто носки.

Права очень приятные по ощущениям, гладкие, блестящие, еще теплые после ламинирования. Отхожу от окошка выдачи и тихо почти в живот ура, ура, ура. Улыбаюсь, улыбаюсь, улыбаюсь.

Она его обволакивает густым шоколадом волос, глупостью речи и тонкостью рук. Зажимая, трогая бедра и вдыхая ароматы кожи, целуя в затылок, переглядываясь, шепча в раковины ушей, сдерживая дыхание. Томясь от желания, угождая и уступая, подушечками пальцев и кончиками волос врезая в память прикосновения. Громы и молнии.

Забавно, он хочет спать, а она его.

Обычный четверг осеннего месяца. Немного горячего кофе с собой, фотоаппарат и Надя. Делаем что-то вместе уже в третий раз. Приятно общаться и получать такие карточки.

Ира krasnayayagoda  знает, что я делала прошлой ночью